Экс-министр по делам «Открытого правительства» Михаил Абызов с 2012 года скрывал от проверяющих органов владение пятью кипрскими офшорами, через которые он, будучи членом правительства, незаконно управлял «Сибирской энергетической компанией» («СИБЭКО») и

в конце концов продал ее, нарушив запрет на предпринимательскую деятельность для чиновников. Так говорится в иске Генпрокуратуры об обращении имущества в доход государства, пишет РБК. В четверг, 24 сентября, Гагаринский суд Москвы начнет рассматривать этот иск.

Абызов подробно раскрывал государству свое владение офшорными компаниями, заявил его адвокат Юлий Тай. В 2015 году Генпрокуратура и правительство проверяли Абызова на наличие скрытого имущества после жалобы Альфа-Банка президенту РФ Владимиру Путину. По итогам этой проверки замгенпрокурора Александр Буксман заключил, что министр не нарушал закона. Занимавший в то время пост руководителя администрации президента Сергей Иванов доложил о проверке и ее результатах главе государства и «вопрос был закрыт», следует из документов.

Завершено следствие по делу Михаила Абызова

 

По данным Следственного комитета России, сообщниками Абызова были в общей сложности 15 лиц.

Став советником президента, а затем министром, Абызов должен был прекратить заниматься предпринимательской деятельностью и стал обязан ежегодно декларировать свои доходы и имущество. Но все это время он, как утверждается в иске Генпрокуратуры, скрывал от администрации президента и «органов, контролирующих исполнение антикоррупционного законодательства», свое участие в капитале нескольких компаний. Генпрокуратура называет пять кипрских компаний, учрежденных в 2007–2009 годах, между которыми была распределена доля Абызова (95,52%) в «СИБЭКО». Генпрокуратура считает, что Абызов «запрещенными способами» управлял ими через доверенных лиц и «теневые офисы» на Кипре и в России, скрывал их от контроля и «обогащал себя за счет их эксплуатации в период нахождения у власти». В своих ежегодных справках о доходах Абызов указывал, что является акционером лишь двух российских компаний — «РУ-Ком» и «Промышленные технологии» и что его доли в них отданы в доверительное управление.

В декларациях о доходах, которые Абызов ежегодно подавал в департамент кадров правительства, кипрские компании отсутствовали по той причине, что не принадлежали Абызову напрямую, а по цепочке контролировались его компанией «РУ-Ком», объяснил Тай. То, что «СИБЭКО» опосредованно принадлежала Абызову через «РУ-Ком» и еще несколько звеньев, никогда не было секретом ни для прессы, ни тем более для госорганов, утверждает адвокат. Представители Абызова отрицают, что он, будучи министром, инициировал продажу «СИБЭКО». Решение принимал менеджмент переданной в траст компании «РУ-Ком», сообщил Тай. Все расчетные операции проводились в рублях и в российском банке «и это еще раз опровергает утверждения Генпрокуратуры о сокрытии и вуалировании», добавил адвокат.


 

Об этом сообщили в пресс-службе суда.

Фактически случай Абызова не подпадает под законодательство, на основании которого прокуратура может отсудить у чиновника имущество сомнительного происхождения, поэтому в своем иске ведомство допускает «перефразирование, натяжки и домысливание» его положений, убежден адвокат Тай. По его мнению, Генпрокуратура применяет к Абызову «неподходящий правовой инструмент»: все свои активы он приобрел до госслужбы, а в период его работы в правительстве размер его состояния только уменьшался.